ИОРДАНСКИЙ Василий Павлович, священник

1883 — родился в с. Степное Оренбургской губ.

Окончил Челябинское духовное училище.

Окончил 2 класса Тобольской духовной семинарии.

1912, 31 января — определен по прошению на псаломщическое место к Димитриевской церкви г. Оренбурга.

1912, 18 февраля — рукоположен во диакона к этой церкви.

Законоучитель Димитриевской церковно-приходской школы.

1913, 11 мая — определен на священническое место к Казанско-Богородицкой церкви пос. Затобольский Кустанайского уезда.

1913, 25 мая — рукоположен во иерея.

Законоучитель и заведующий Затобольской церковно-приходской школы.

1916, декабрь — награжден набедренником за понесенные труды по обстоятельствам военного времени.

После того как Казанско-Богородицкая церковь сгорела, служил в молитвенном доме пос. Затобольский.

1919 — арестован после выступления на военном митинге в пос. Затобольский за то, что поправил оратора. Осужден не был.

1926 — арестован за то, что не освободил в срок занимаемый им жилой дом. Вскоре отпущен.

1928 — арестован за въезд в пос.Александровский для совершения торжественного служения в престольный праздник, на который съехались до 12 священников. Осужден не был.

1930 — «раскулачен» и осужден к 6 месяцам принудительных работ за неуплату штрафа по госналогам.

По отбытии наказания вернулся в пос. Затобольский, нашел храм закрытым и уехал в г. Троицк к епископу Павлу (Флеринскому), управлявшему Уральской епархией.

Назначен в г. Верхнеуральск в храм, где прослужил до ареста.

1932, 7 марта — арестован.

В течение 3 месяцев находился в тюрьме г. Верхнеуральска.

Обвинен в «антисоветской агитации» и «создании группы староцерковников».

1932, 15 июня — осужден ОСО при Коллегии ОГПУ (по ст. 58-10). Приговорен к высылке на 3 года в Казахстан.

Впоследствии проживал в г. Кустанае Казахской ССР, служил священником в кладбищенской церкви.

1937, 28 августа — арестован.

1937, 18 октября — осужден тройкой при УНКВД по Кустанайской обл. (по ст. 58-10, 58-11). Приговорен к расстрелу.

1937, 21 октября — расстрелян.

Из материалов дела 1932 г. (показания свидетельницы): «Иорданский говорил: „Несчастье дает Бог, и все сейчас ходят в горе и несчастье, люди стали забывать Бога, и за это Бог наказал их. Но это несчастье еще не несчастье, будет страшный голод для всех, при голоде будут болезни“…». Из протокола допроса Е. В. Угличиной: «Мой муж был священником кладбищенской церкви, он выслан на 2 года. Я одна осталась с ребятишками, и священник Иорданский выдает мне 25 рублей в месяц, как пособие от общины. Разговора с ним о недовольстве властью не было никогда». Из повторного допроса подсудимого Иорданского 7 апреля 1932 г.: «Я разъяснял разницу между староцерковничеством и обновленчеством, но делал это не в церкви. Новообновленческих по убеждению считаю еретиками, своими врагами». Из обвинительного заключения от 5 мая 1932 г.: «Иорданский факт своей агитации и распространения божественного стиха не отрицает, ссылаясь на то, что он не преследовал цели антисоветской агитации, а укреплял веру в Бога среди верующих».

1. ОГА Челябинской обл. Ф. Р-467. Оп. 4. Д. 354.

2. Православные христиане, пострадавшие в годы репрессий и гонений в Кустанайской обл. // http://zatobolsk.cerkov.ru

3. Святое Оренбуржье. Список репрессированных // http://oren-saint.ru

4. Трагические судьбы священников Казахстана. С. 91.